Высшая школа менеджмента НИУ ВШЭ (gms_mba) wrote,
Высшая школа менеджмента НИУ ВШЭ
gms_mba

Выпускники в стиле «фан»

Высшая школа менеджмента

Сегодня #ВФОКУСЕ: Айрат и Земфира Юнусовы, основатели сети отелей «Воздушный экспресс», выпускники программы МВА «Стратегический менеджмент» Высшей школы менеджмента НИУ ВШЭ

- Айрат, Земфира, добрый день! Сколько лет, сколько зим! Что-то не припомню, в каком году вы закончили обучение?
Земфира: Здравствуйте, Николай. Мы получили дипломы МВА в 2012 году. Время бежит быстро, столько событий! Очень рады встрече с вами!



- И это взаимно! (улыбается) Всегда очень интересно следить за тем, что происходит в жизни наших выпускников, тем более, таких неординарных, как вы. Расскажите, для начала, как вы пришли к мысли о том, чтобы получить МВА-образование? Зачем оно вам понадобилось?
Земфира: В какой-то момент у нас возникло ощущение информационного вакуума. Нужно было двигаться вперед, развивать бизнес. Собственные знания и опыт казались недостаточными для того, чтобы принимать решения в бизнесе обоснованно, а не интуитивно.

- Мне как маркетологу интересно, почему ваш выбор пал на Высшую школу менеджмента? Бизнес-школ много, информации о бизнес-образовании тоже хватает. По каким критериям вы оценивали возможные варианты?
Айрат: Подбором бизнес-школы в большей степени занимался я. В первую очередь, меня привлек бренд Высшей школы экономики. Я считаю, что не сегодняшний день это один из лучших экономических ВУЗов в России. Очень важную роль сыграл преподавательский состав. Я бы назвал его «звездным». Такие личности как Филонович, Липсиц, Константинов, Берзон, Савицкая,  являются экспертами в своих областях. Хотелось учиться у лучших.

- А если вспоминать процесс обучения, как бы вы его охарактеризовали? Ведь для кого-то МВА – это просто драйв, для кого-то знания, для кого-то потерянное время (смеется).  Чем это было для вас?
Айрат: Для нас бизнес-образование было, прежде всего, возможностью. Возможностью получить консолидированные знания и опыт при условии разумных временных инвестиций. Результатом обучения лично для меня стала систематизация собственных знаний и значительное расширение их горизонта. Я в бизнесе более 20 лет, и ошибок в ходе собственного опыта было сделано достаточно. Если бы я пошел учиться раньше, их было бы на порядок меньше.

- Да, понимаю, что вы имеете в виду. Когда я сам получал бизнес-образование, у меня все время была в голове аналогия, что МВА - это ниточка, на которую насаживаются хаотично разбросанные по полу бусинки знаний – имеющихся и новых.
Земфира: Для меня МВА – это сочетание теории и практики, обмен опытом. И все это в бурной, активной, лучшей из возможных форм. Конечно, необходимость посещать занятия 4 раза в неделю по вечерам после рабочего дня… бодрит! (смеется) Но и в то же время вдохновляет! Да, устаешь, но объем знаний и живого общения, которое дают слушателям преподаватели столь высокого уровня создает ощущение наполненности. Кроме того, слушателями программы были  люди с аналогичными интересами. Конечно, это бесценно. Атмосфера, взаимодействие, обмен опытом событиями… МВА – это определенный стиль жизни.

- А сложно было снова сесть за парту? Не блокирует ли предыдущий опыт обучения и накопленные знания способность быть открытым новой информации?
Земфира: Наоборот! Лично мне учиться было намного легче, чем в школе и в университете. Как взрослые люди, мы подошли к процессу образования осознанно. Стиль общения и способы подачи знаний на МВА - это обмен на равных, другой уровень взаимодействия. И он в корне отличается от того, как мы учились, будучи школьниками и студентами.
Айрат: Да, да. Преподаватели называли нас коллегами. И уже это есть наглядная демонстрация колоссальной разницы подходов к обучению.



- Да, система обучения тут двусторонняя. Общение со слушателями тоже обогащает преподавателей: мы получаем реальные кейсы, ситуации и опыт (улыбается). Если говорить про личную жизнь, насколько учеба накладывала на нее ограничения? Или за счет концентрации удавалось организовывать дела более эффективно?
Земфира: Я не могу сказать, что мы столкнулись с какими-то серьезными ограничениями. Конечно, для детей мы время от времени пропадали, но, с другой стороны, накануне поступления в ВШМ бизнес занимал столько времени, что они и не заметили, учились мы или нет. Сами же мы рассматривали время, отведенное на учебу, как рабочее.

- Бизнес, которым вы занимаетесь, является уникальным для России. Такой драйв у меня, как у маркетолога, всегда вызывает профессиональный восторг. Когда вы запустили проект и был ли у вас ранее похожий опыт?
Земфира: Активная подготовка шла с 2008 года. Первый отель мы открыли в 2010 году. Это наш первый опыт в сфере гостиничных услуг.

Справка
"Воздушный экспресс" - о
тели в Шереметьево, выполненные по принципу европейских капсульных отелей. Преимущественное отличие от японского аналога заключается в том, что номера отелей «Воздушный экспресс» похожи не столько на капсулы, сколько на каюты круизного лайнера. В номерах есть все необходимое, чтобы принять душ, умыться с дороги, привести себя в порядок и передохнуть пару часов или несколько дней.

- Тогда ваша смелость еще более удивительна. Это же был неизвестный инновационный для нашей страны формат. Как вы к этому пришли?
Айрат: Однажды мы застряли в аэропорту на 14 часов. Отеля в нем не было, пришлось все это время провести в зале ожидания. Земфира – по натуре предприниматель. Она сразу увидела в этом неудобстве возможность организации бизнеса.
Земфира: Да, базовая идея возникла из соображений о том, как должен чувствовать себя человек в дороге. Из того, как бы я сама хотела бы себя чувствовать в аэропорту. Честно скажу, что на тот момент, когда мы начинали проект, он нам виделся совсем другим. Однако первоначальная идея не получила одобрения со стороны руководства аэропортов и компании «Аэроэкспресс». Сделанное нами коммерческое предложение было непонятным людям, которые привыкли воспринимать российскую действительность как данность. В результате, пройдя несколько итераций корректировки бизнес-идеи, мы пришли к тому формату, в котором работаем сейчас. Вообще есть масса идей, которые висят в воздухе. Мы с Айратом друг друга хорошо понимаем, и когда у одного из нас возникает идея, то мы сразу начинаем размышлять о том, как ее реализовать и насколько это будет интересно для потребителя и финансово привлекательно.

- Айрат, вы охарактеризовали Земфиру как предпринимателя. Вопрос к Земфире: как бы вы описали роль своего партнера?
Земфира: Прежде всего, мне очень повезло с мужем (смеется). И с бизнес-партнером, который у меня есть в его лице. Для Айрата нет ничего невозможного. Ему нет равных в части практического воплощения моих идей. Когда у меня появляется задумка, я могу не понимать, как ее реализовать, какие шаги нужно предпринять. Но Айрат всегда находит решения и видит последовательность действий, которые необходимо предпринять.

- У вас довольно серьезный контрагент-арендодатель. Сложно было запускать проект?
Земфира: Да, было непросто. На то, чтобы доказать жизнеспособность проекта, ушло много времени. Но не обошлось и без счастливого случая. Им для нас стал прошлый кризис (смеется). Осенью 2008 года мы заключили контракт.

- Еще одно доказательство вашего авантюризма! Кому кризис, а кому – окно возможностей. Айрат, Земфира, как акционеры вы не занимаетесь операционной деятельностью. Как удается управлять развитием бизнеса и контролировать персонал?
Айрат: В настоящее время в нашей компании идет работа по описанию бизнес-процессов и выстраиванию системы корпоративного управления. Большой акцент делается на выявлении контрольных точек, с помощью которых мы можем управлять процессами и мониторить деятельность в режиме реального времени. Около полугода назад внутри компании был создан Совет Директоров, в который помимо нас входит независимый специалист.

Мнение
Лавренко Сергей Сергеевич - управляющий партнёр сети гостиниц "Мастер отель"

Рынок гостиничных услуг характеризуется высокой конкуренцией. Высокая доля рынка приходится на международные сетевые отели, которые имеют сильный бренд, стандартизированные процессы, отточенную систему подбора, обучения и оценки персонала.  Победить в прямой схватке лидеров отрасли сложно - ни опыта, ни наработанных десятилетиями компетенций, ни сопоставимых бюджетов у российских игроков нет. Занять свое место можно, только если играть в сегменте, где конкуренции нет. Другими словами, искать свой "голубой океан".Для небольших российских проектов действительно актуальным решением является поиск нишевых форматов, в условиях которых они не сталкиваются лоб в лоб с гигантами отрасли.

- Какие планы? Не планируете ли экспансию зарубеж? Насколько я понимаю, отели вашего типа востребованы в крупных транспортных ХАБах, и рынок России в этом смысле крайне ограничен.
Айрат: Время покажет. Сейчас очередной кризис, для нас могут снова появиться новые возможности (смеется).

- Какие основные проблемы в бизнесе?
Земфира: Есть сложности с подбором квалифицированных кадров. Так как модель бизнеса нестандартная, готовых кадров на рынке для нее нет. Приходится уделять повышенное внимание подготовке и развитию сотрудников.  Другая проблемная зона – это маркетинг. Классический инструментарий сложно реализуем в зоне аэропорта.
Айрат: Плюс мы всегда должны обеспечивать высокую степень операционной эффективности. Ситуация форс-мажора в аэропорту или у клиента является частью  рабочей ситуации отелей. Как уже упоминалось, поток гостей в отелях неравномерный. Клиенты часто находятся в стрессе, цейтнот это состояние пассажира: номер они берут в условиях вынужденной остановки, что для них означает потерю времени, изменение планов и непредвиденные расходы.

- Какие изменения внес кризис в ваши показатели?
Айрат: Мы наблюдаем снижение пассажиропотока. В связи с нестабильностью валютного курса люди меньше путешествуют, в т.ч. перелетами с наличием пересадок. Потенциальная клиентская база российских пассажиров сократилась, но, кстати, зарубежных туристов стало больше.

- Что ж, с бизнесом понятно. Я несколько наслышан о другой части вашей жизни. Предлагаю перейти к разговору о ней. Расскажите, чем увлекаетесь? Как «подпитываетесь»?
Земфира: Николай, на самом деле мы просто увлечены жизнью, и разные ее проявления для нас интересны. В своем вопросе вы, наверно, имели в виду альпинизм? Что ж, да, он стал для нас неожиданным открытием. Если бы еще 5 лет назад кто-то сказал мне, что это станет частью моей жизни, я бы уверенно заявила, что это не мое. Сегодня же это одно из моих увлечений.



- А с чего вдруг вас в горы потянуло?
Айрат: Первый раз мы попали в экспедицию случайно. Нас позвали на восхождение в Непал, куда мы давно собирались поехать в туристических целях. Сначала поднялись на гору в Непале, потом затянуло. Альпинизм - это другая жизнь, другие ощущения, хотя во многом очень схожие с бизнесом: и там, и там риск есть всегда. Внешние факторы ни в альпинизме, ни в бизнесе предотвратить невозможно. Ты можешь только максимально обезопасить себя на случай их возникновения. Альпинизм – это способ познать себя, открыть для себя людей, с которыми ты совершаешь восхождение. Горы показывают, истинное лицо. Наш первый подъем был на высоту 5400 м, и честно могу сказать, мы не понимали, во что ввязались. Для нас было шоком то, кто мы, как мы справляемся, что происходит с организмом. Но опыт потрясающий.

Мнение
Лев Владимирович Татарченко - директор "Высшей школы менеджмента", кандидат технических наук.

В "Высшей школе менеджмента" 8 лет назад зародилась интересная традиция: пеший переход по льду Байкала (20-25 км).
Сначала этот переход был практической частью курса по лидерству, который Сергей Ростиславович Филонович и Геннадий Николаевич Константинов читали в Байкальской международной бизнес-школе. Спустя некоторое время он стал выездным модулем программы Executive MBA Высшей школы менеджмента.
Мне видится, что неиссякаемый интерес к этому переходу объясняется высокой степенью неопределенности, которая его сопровождает. Во-первых, непонятно, когда Байкал "встанет" и какая будет трасса, во-вторых, неизвестны правила перехода, которые постоянно изменяют профессора, и погода, которая может резко меняться даже в процессе прохождения маршрута.
В-третьих, и это, на мой взгляд, самая большая неопределенность, непонятно, как поведет себя твоя команда и команды друзей-соперников.
Все эти факторы делают каждый такой переход уникальным, и из каждого (ходил уже семь раз) я выношу новый для себя опыт.
Кроме того, переход через Байкал, и это, наверное, роднит его с альпинизмом Айрата и Земфиры, еще и заряжает тебя совершенно другой по качеству энергией, которой хватает до следующего перехода!

- А с кем ходите?
Айрат: С командой бизнесменов. Мы с ними совершили уже 3 восхождения: Мон Блан, пик Винсена в Антарктиде (до вершины мы не дошли 400 метров) и Эльбрус. Последние 2 восхождения происходили в очень тяжелых погодных условиях, с высоким риском для жизни.

- Отважные люди! Расскажите про Антарктиду. Это настолько неожиданно!
Земфира: Когда только родилась эта идея, я всех отговаривала. Проект дорогостоящий, затратный по времени, рискованный. Это не просто приехать с группой, походить по лагерю. Это экспедиция в центр Антарктиды. Более того, это еще и восхождение. Но когда пришел момент принятия решения, я сказала Айрату, что нужно идти. Что это тот самый уникальный момент, который нельзя пропустить. Другого такого не будет.
Айрат: Я никогда не думал, что буду мочить ноги в Магеллановом проливе или лететь над проливом Дрейка. Это было что-то на грани фантастики. Во время самого восхождения мы столкнулись с ситуацией реального риска для жизни, погода резко изменилась – усилился ветер, сильно похолодало, в команде появились первые признаки обморожений. Участники совместно приняли решение разворачиваться.

IMG_0018.JPG

- Случаются ли в ходе восхождения конфликты?
Земфира: Сложные ситуации в группе бывают, конфликты нет. Как правило, те, кто не может выдержать нагрузки физической, эмоциональной, возвращаются в лагерь после первых рубежей.

- Уже есть новые планы покорения вершин?
Айрат: Ну, может быть, вернуться в Антарктиду и все таки дойти (смеется).
Земфира: Да, есть какое-то ощущение незаконченности. Стремление к сверхчеловеку всегда присутствует (смеется).
Айрат: Еще есть желание войти на гору Белуху близ Байкала. Она не очень высокая, но для неальпинистов технически сложная. Кстати, помимо альпинизма мы же еще скалолазанием увлеклись: ездим в Крым, там лазаем по скалам.
Земфира: Интересно, что в скалолазании тоже можно провести параллели с бизнесом. Когда я впервые обнаружила сходство, это было настолько удивительно для меня! То, как ты управляешь рисками, идешь ли ты первый с нижней страховкой, и, значит, доверяешь ли ты партнеру внизу?! Идешь ли ты с верхней страховкой, и, значит, доверяешься первому, кто проложил маршрут и закрепил станцию! Насколько ты хорошо выполнил страховку, уверен ли в партнере, готовился ли ты или идешь на авось, балансируя на грани, – все это вдруг приобретает особый смысл!

Мнение
Геннадий Николаевич Константинов - преподаватель "Высшей школы менежмента" НИУ ВШЭ, доктор физико-математических наук, профессор кафедры общего и стратегического менеджмента НИУ ВШЭ, научный руководитель Центра корпоративного управления НИУ ВШЭ.

Предприниматель должен быть мастером. И это мастерство «управления» потоком возможностей. Возможность – не простое понятие. Возможность – это то, что может быть, а может и не быть. Это потенциал, который можно реализовать. Предпринимателю нужно уметь вовремя распознавать появление возможностей и обладать волей и драйвом, чтобы встать на новый путь, пройти новый маршрут. Нужно уметь работать с «окном возможностей», которое открывается лишь на короткое время. Одновременно нужно уметь соединять возможности с имеющимися ресурсами. И здесь действительно важно «понимать грань возможного», уметь «балансировать на грани», видеть будущее за этой гранью.


- Страшно представить, что станет вашим следующим хобби.
Земфира: Пока остановимся. Еще есть, куда расти в альпинизме. Тот восторг, который ты испытываешь, когда достигаешь цели и когда возвращаешься в лагерь, невозможно описать словами. С другой стороны, цель должна быть достижимой. Нужно реально оценивать свои силы на старте, чтобы эмоциональное и физическое истощение не случилось в середине пути.
Айрат: Я хочу сделать акцент, что интересен не только подъем в гору, но и спуск. В альпинизме большинство несчастных случаев происходит именно на обратном пути. Человек расслабляется и теряет концентрацию. В общем, опять все как в бизнесе. Стоит выдохнуть, как конкуренты тут же воспользуются ситуацией.



Земфира: Еще несколько слов о том, о чем говорят нечасто: об этической части. Ведь и в жизни, и в бизнесе, и в восхождениях этика – это то, что вплетено в содержание. Важно то, как происходит взаимодействие в команде, как ты относишься к своим товарищам, как они воспринимают тебя, как решаются сложные вопросы, какими помыслами ты руководствуешься. Горы не прощают ошибок, человеческих слабостей и жестокости. Там все друг другу помогают. Иначе не выжить. Если ты сам не вкладываешься, то ожидать помощи от членов группы не стоит.
Айрат: И еще очень важно понимать грань возможного. В Антарктиде у нас с Земфирой было четкое ощущение того, что мы вдвоем можем дойти. Но какой ценой..? Горы остаются на месте неизменно, а восхождений может быть множество. В итоге мы смогли принять правильное решение, развернуться и закончить путь вместе с командой.

- Земфира, Айрат, огромное вам спасибо за интервью и опыт, о котором вы рассказали. Новых покоренных вершин вам!
Айрат: Спасибо, Николай. Будет желание посмотреть на горы, присоединяйтесь!



Вопросы задавал Николай Соустин, директор программы MBA «Маркетинг и продажи»
Высшая школа менеджмента НИУ ВШЭ
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 0 comments